Загорский Андрей Владимирович - кандидат исторических наук, заведующий отделом.
117997, Москва, Профсоюзная ул., д. 23.
Andrei V. Zagorski - PhD in History, Head of Department.
23, Profsoyuznaya St., Moscow, 117997.
К концу «нулевых» годов в результате глубокого сокращения нестратегического оружия США и России, ликвидации российских и американских ракет средней и меньшей дальности, сокращения арсеналов Великобритании и Франции в Европе сложился новый «ядерный» статус-кво. Его важными составляющими являются также обязательство стран НАТО не размещать ядерное оружие и инфраструктуру для него на территории новых государств-членов, взаимные обязательства России и стран альянса по сдержанности в области обычных вооружений. Дважды за последнее десятилетие в НАТО ставился вопрос о коррекции этого статус-кво. В 2010–2012 гг. обсуждалось предложение ряда членов альянса об одностороннем полном или частичном выводе из Европы оставшихся американских ядерных авиационных бомб. В 2014–2016 гг. в условиях возвращения НАТО к политике сдерживания России в центре дискуссии оказался вопрос о целесообразности возврата к полноценному ядерному сдерживанию, что имело бы следствием увеличение количества нестратегического ядерного оружия и изменение географии его размещения в Европе, включая возможность его размещения в странах Центрально-Восточной Европы. Однако оба раунда обсуждений закончились вничью и установившийся в Европе после окончания холодной войны статус-кво был сохранен. На фоне украинского кризиса вопрос о полном или частичном выводе американского нестратегического оружия на обозримую перспективу снят с повестки дня. Не обсуждается в настоящее время и вопрос о взаимных согласованных с Россией дальнейших сокращениях нестратегического оружия. Вместе с тем сторонники «укрепления» ядерного сдерживания в Европе не смогли убедить оппонентов в альянсе в необходимости вернуться к стратегии времен холодной войны. Однако еще рано делать вывод о том, что испытания ядерного статус-кво в Европе на прочность позади. На продолжающиеся дискуссии влияет и критическое положение, сложившееся вокруг Договора 1987 г. о РСМД, и продолжающаяся эрозия режима контроля над обычными вооружениями в Европе.
By the end of the las decade, a new “nuclear” status quo was asserted in Europe as a result of deep reductions of non-strategic weapons of Russia and the US, the elimination of Russian and American intermediate-and shorter-range missiles, and the reduction of the arsenals by Great Britain and France. The commitment of NATO states not to station nuclear weapons on the territory of new members and the mutual commitments of Russia and the members of the alliance to exercise restraint in stationing of conventional forces are important elements of this status quo. Twice during the past decade, different options of amending this status quo were on the NATO’s agenda. In 2010–2012, proposals were put forward to unilaterally completely or partially withdraw the remaining American nuclear bombs from Europe. In 2014–2016, in the context of NATO’s returning to the policy of deterring Russia, debates concentrated on the expedience of returning to a fully-fledged nuclear deterrence that would imply an increase in the stockpile of non-strategic weapons and a different geography of their deployment in Europe, including the option of deploying them in the East-Central European countries. However, both rounds of the debates resulted in a draw. The nuclear status quo established in Europe after the end of the Cold war was preserved. Against the background of the Ukraine crisis, the option of a full or partial withdrawal of American non-strategic weapons is off the agenda for a foreseeable future. The option of mutual negotiated further reductions of Russian and American non-strategic weapons is currently not considered either. At the same time, the proponents of strengthening nuclear deterrence in Europe failed to convince their opponents within the alliance of the expedience of returning to the Cold war time strategy. It is premature to conclude, however, that the testing of the nuclear status quo is over. Ongoing debates are further affected by the critical status of the 1987 INF Treaty and the continued erosion of the conventional arms control regime in Europe.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.