кандидат экономических наук, заведующий сектором
сектор исследований Европейского Союза
Профсоюзная ул., 23, Москва, 117997
Cand. Sci. (Econ.), Head of the Section of the EU Studies
23, ul. Profsoyuznaya, Moscow, 117997
Политика кипрских властей, направленная на привлечение иностранного капитала, имеет глубокие исторические корни. Создав гибкую налоговую систему, уже в первые годы существования Кипра как независимого государства кипрские власти сумели привлечь на остров многочисленные зарубежные судоходные компании, а в 1970-е гг. Кипр утвердился в роли регионального финансового хаба, через который осуществлялось экономическое сотрудничество между странами Запада и Ближнего Востока. Наибольший расцвет Кипра пришелся на 1990- е – 2000-е гг., когда благодаря благоприятному режиму налогообложения, конфиденциальности совершения сделок, удачному географическому расположению, облегченному визовому режиму и ряду других факторов он стал главной перевалочной базой для капитала из стран Восточной Европы, прежде всего – из России. Однако будущее Кипра как международного финансового центра находится под вопросом. Под давлением ЕС, ОЭСР и ряда отдельных стран кипрские власти вынуждены приводить свое налоговое законодательство в соответствие с международными нормами. Негативное воздействие на инвестиционный имидж страны оказал национальный банковский кризис 2012–2013 гг., за которым последовали крах крупнейших национальных банков, резкое ухудшение макроэкономических показателей и осуществление правительством ряда реформ, объективно снижавших привлекательность Кипра в глазах компаний международного бизнеса. В этих условиях кипрские власти предприняли ряд мер, направленных на недопущение оттока иностранного капитала, включая отмену налога на недвижимость в жилом фонде, продление льгот для новых налоговых резидентов и введения упрощенной процедуры предоставление кипрского гражданства за инвестиции. Благодаря этим нововведениям Кипру удалось не только сохранить интерес со стороны ТНК российского происхождения, но и привлечь инвестиции малых и средних компаний, в первую очередь – работающих в сфере информационно-коммуникационных технологий.
The policy of the Cypriot authorities, aimed at attracting foreign capital, is deeply rooted in history. Having created a flexible tax system, since its first years as an independent state Cyprus has managed to attract numerous foreign shipping companies and in the 1970s it turned into a regional financial hub through which economic cooperation between the countries of the West and the Middle East was carried out. The Cypriot economy flourished in the 1990s – 2000s, when thanks to favorable taxation regime, transaction confidentiality, convenient geographical location, eased visa regime and a number of other factors it became the main transit point for capital from Eastern Europe, first of all – from Russia. However, the future of Cyprus as an international financial center is in question. Under the pressure of the EU, OECD and a number of individual countries, the Cypriot authorities are forced to bring their tax legislation in line with international standards. Negative impact on the investment image of the country was rendered by the national 2012-2013 banking crisis, followed by the collapse of the largest national banks, a sharp deterioration in macroeconomic indicators and the implementation by the government of a number of reforms that affected the attractiveness of Cyprus in the eyes of international business companies. In these circumstances, the Cypriot authorities have taken a number of measures aimed at preventing the outflow of foreign capital, including the abolition of the property tax in the housing stock, the extension of benefits for new tax residents and the introduction of a simplified procedure for the granting of Cypriot citizenship for investments. Thanks to these innovations, Cyprus managed not only to retain interest from TNCs of Russian origin, but also to attract investments of small and medium-sized companies, primarily those working in the field of information and communication technologies.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.